вставлен запал так, что его разрушают вот эти шарики, когда полет бочонка останавливает любая преграда, даже вода.
– А что это? – Витсерк пальцем показал, что его интересует весь полигон.
– Это – полигон военной Академии. В ней учатся те, кто проявил себя в боях, прошел несколько ступеней командных должностей и почти готов командовать полком. Это что-то вроде тысячного, чуть выше. Его посылают сюда воеводы. Он сдает экзамены и учится командовать войсками от полка и выше, и как учить людей ратному делу. Воями здесь служат только что принятые на службу люди. А готовят их «академики», слушатели Академии, под руководством преподавателей.
– Такое мы практикуем, но обучением занимаются мастера.
– Мастера – это преподаватели, их задача научить своих «подмастерьев», и проверить их подготовку на уровне обучения рекрутов. В качестве примера я взял подготовку эфеба в Древней Греции. И каждый человек мужского пола в 18 лет отроду становится взрослым, проходит комиссию, и направляется на первичное обучение сюда или в полки, в которых есть такие же полигоны, только поменьше. Командовать полками могут только люди закончившие эту Академию.
– Я своих сыновей пришлю сюда.
– Тех, которые короли или которые родятся?
– Тех, которые короли и младших. Младших сразу оставлю, чтоб ты их уму разуму поучил, а старшие приедут, как только от Лысого отобьемся. Я их с собой не взял. А антиллерию свою мне подбрось. Народу у Лысого с избытком стало. Большую армию готовит, торговать со мной отказался, без роты.
– А ты ему говорил, что роту мне принес?
– Нет, мне повод был нужен, а тобой можно только пугать. Кстати, видал я твои новые кораблики, не продашь?
– Это бесполезная для тебя игрушка. Ты их снабдить и снарядить не сможешь. Доки освободятся, начнем строить подобные для торговых надобностей. В Водьской пятине закачиваю сооружать четыре слипа, оттуда и получишь через три года. Пока все верфи заняты, требуется покончить с господством арабов в Восточном Средиземноморье. Есть надобность забрать себе Крит.
– А что ты потерял в Сицилии?
– Имущество будущей супруги, и соль.
– Соль? Морскую?
– Нет, хорошую, каменную. Не горчит совсем.
– Это интересно! Мне пока соли хватает, твои купчики регулярно шлют в достаточном объеме, мы даже прекратили свою выпаривать. А вот если удастся подвинуть Каролингов, то соль понадобится. – Витсерк непременно хотел добиться от меня обещания помочь ему в борьбе с Карлом. Я, в общем-то, не возражал, но целью перед собой Витсерк считал освобождение Шлезвига, ютского герцогства, потерянного в конце прошлого века во время войны с Карлом Великим. Его интересуют три замка-крепости по ту сторону канала и вала в Даневирке, то есть возможность «закрыть ютский и саксонский вопрос», к тому же увеличить размер датского государства. Я уже писал выше, что воевать с норманнами франки научились. Бич истории теперь бил по самим норманнам. Поэтому король осторожничал, и сильно не замахивался. Западно-франкское государство практически не имело противников, из-за большого количества населения и «медных» денег. В общем, нищие и гордые. Торговать с ними было тяжеленько, так как монеты их стоимости не имели. Да и с другими товарами было тяжко. Отец Витсерка брал Париж, но толку от этого деяния не было.
В беседах о будущей кампании прошла декада, затем наступили «праздничные» дни, предваряемые днями скорби о безвременно оставившей сей мир княгини Муромской. Мы расписались в регистрационной книге города Владимир, и Калисфении официально не стало. Теперь она Екатерина Николаевна Муромская, государыня Славянского Союза, королева Сицилии и Южной Италии или «обеих Сицилий», так как общее название всех графств юга Италии – Сицилия, а остров – отдельно. Сама Катя немного удивила тем, что она выбрала для бракосочетания парадное платье пурпурно-фиолетового цвета из шелка, которое носила, больше похоже, что пару раз надевала Аса, моя мать, которое было украшено крылатым шлемом легендарного Меровея. На плечах располагались атласные ленты с гербами двух императорских фамилий, которые символично сходились на животе невесты. Вспыхивающий пурпуром темно-фиолетовый шелк и весь этот символизм привел в восторг делегацию датчан, их радостный рев активно поддержали и остальные присутствующие на празднике. Свадьба началась прямо на улицах города. Для нас эта церемония заключалась в том, что мы переходили с одной улицы на другую, где нам кричали «Горько!» и аплодировали нашим поцелуям. Затем мы уехали на карете в Змеиный замок, где собрались те, кто составлял мою «свиту» и «руководство Дании». Случилось и маленькое происшествие: посреди пира у Халльфрид Гримы начались схватки, и к вечеру пяточки двух новых сыновей Витсерка были намочены в медовухе.
На следующий день мы погрузились в свадебный поезд, следом за нами из Владимира вышел еще один пассажирский, на котором вывезли датских гостей, и мы начали свое свадебное путешествие по стране. И в каждом городе для нас организовывали пир. Так и потолстеть недолго! Вначале самарские устроили пир горой, там мы попрощались с Витсерком. Затем перебрались через Волгу, в Тетюшах уже стоял «царский поезд», на котором мы тронулись дальше: через Сурское городище, целый ряд еще поселений Муромского княжества, переименованного в область, и, меньше чем через сутки, прибыли на строящийся вокзал в Муроме. К полному восторгу его жителей: до нас сюда пассажиры не прибывали! Мосты почти везде были паромные, если для строительства моста требовалась более, чем одна опора. Нас держат стальные троса. Мелочь, казалось бы, да вот эта мелочь: тонкая стальная проволока большой длины, пока представляет огромную технологическую сложность, разрешить которую не слишком удается. Делать короткие – получается, а длинную «струну» прокатать не удается. Требуется сделать многовальковый станок с синхронизацией скорости вращения по натяжению проволоки. Сам я этим не занимаюсь, но тем не менее, из-за этого стоят на приколе плавучие краны, с помощью которых установить пролеты намного проще. Вокзал в Муроме несколько «потемкинский» из-за этого. По левому берегу Оки железная дорога пока не пойдет. У городища Кулеба дорога поворачивает на Переяславль-Залесский, а в Муром ведет отдельная ветка, которая заканчивается разъездом у паромной переправы. И будущая Рязань, и Тула находятся на правом берегу Оки. А Муром – на левом. С мостами напруг, поэтому строители стараются обходиться без форсирования крупных рек, к которым относится и Ока.
Что касается «личной жизни и температуры в постели»? Катя достаточно давно ожидала этого момента, и была неравнодушна ко мне. Но никаких «чудес» не было: полное отсутствие опыта в этих вопросах, отсутствие «свиданий», зажигательных танцев, в которых присутствует тактильный контакт с «партнером». Плюс, естественно, византийское воспитание, где на первом месте стоит первородный грех. Действовать пришлось аккуратно
